"Сельские вести" - Общественно-политическая газета Пижанского района

Возрастное ограничение 16+

10 декабря 2018

Зимой – за прялкой, летом – с удочкой любит посидеть Галина Фёдоровна Иванова

Ручное прядение – дело, требующее сноровки и терпеливости. Помню, как в детстве (лет в семь-восемь) пыталась научиться этому искусству у своей бабушки, которая за прялкой в зимние дни проводила по нескольку часов, сопровождая своё занятие рассказами про жизнь. Смотрела я на мать моего отца, а точнее – на её пальцы левой руки, ловко вытягивающие из привязанного к лопаске (верхней части ручной деревянной прялки) свёртка (по бабушкиным словам – кудели) шерстинки и сворачивавшие их в нить, и представляла, как пряду сама. В создаваемых в голове картинах я была искусной мастерицей, нитка у меня получалась тонкая, веретено крутилось, как волчок. На практике же, когда я вместо бабушки усаживалась на донце прялки, шерсть не хотела отделяться от общей массы понемногу, нитка выходила с комочками, постоянно рвалась, а правая рука не хотела работать одновременно с левой, веретено падало на пол… После полученных у наставницы пяти-шести уроков рукоделия желание стать пряхой куда-то подевалось, и я предпочла крутить диафильмы, проектируя их на побеленную стену в бабушкиной квартире, и читать титры вслух на разные голоса для сидящей за работой маленькой доброй улыбающейся старушки.

Г.Ф. Иванова.За прошедшие с той поры годы прясть я так и не научилась, в чём честно призналась Галине Фёдоровне Ивановой, с которой познакомилась в д. Тимкино. 
– Прядение – работа небыстрая. Да и куда теперь торопиться? Это раньше порой по ночам пряла, чтобы были свои шерстяные нитки для вязания тёплых вещей для пятерых ребятишек, мужа и себя: днём-то работала, домашнее хозяйство вела. Теперь я пенсионерка и временем свободным располагаю. Пряду себе в удовольствие, сейчас, например, на заказ, – говорит женщина, не отвлекаясь от любимого занятия. – А мудрёного в деле ничего нет: осторожно вытягивай из шерсти нить, скручивай её сначала легонько пальцами, затем при помощи веретена. Приноровишься, так нить получится тонкой, ровной и прочной. Будешь сильно тянуть – она оборвётся, а чуть слабее – станет слишком толстой или неровной. Вытянешь нить достаточной длины – сматывай на веретено.
Вы по какому вопросу в наши места приехали? Борисёнки посещали? А это ведь моя родина, прожила я там двадцать лет, и фамилию носила, как у большинства прежнего населения – Борисова. Хорошая деревенька, народ в ней всегда дружным был, работящим.
На свет я появилась незадолго до войны с немцами, в начале которой отец Фёдор Григорьевич ушёл на фронт. Я не помню, каким он был, но знаю, что хорошим, заботливым, мы – мама, мои старшие сестра и брат, я – были ему дороги. Отец, будучи раненым, проходил лечение в госпитале под Котельничем, мама и сестра ходили туда, чтобы повидаться, получается, в последний раз: по возвращении на фронт он пропал без вести. 
С четырнадцати лет началась уже моя постоянная работа в колхозе: в ту пору мои ровесники считались уже хорошими тружениками, которым можно наряд дать и на ферму, и в поле. Немного повзрослевших, нас посылали на лесозаготовки. Сама я валила деревья, спиливая вручную, – невеличка, замёрзшая из-за плохонькой одежды…
Из д. Борисёнки я уехала, выйдя замуж за Михаила Иванова из Большой Пижанки. Прожили с ним 43 года. Оба работали в колхозе «Ошаевский»: он – плотником, механизатором, я – животноводом. Сначала откармливала телят, затем стала дояркой, начинала ещё на старой ферме, где женщины по 15-18 коров по два раза (летом – три) вручную доили и ещё много других дел выполняли. Когда перешли на построенную в деревне новую ферму – с машинной дойкой, холодильником – нам даже при увеличении поголовья коров в группе дело лёгким показалось!
Мы с мужем любили работать, своих детей с ранних лет к домашнему труду приучали. Михаил в свободное время плёл из ивовых прутьев лубни, корзинки, катал валенки – получались они у него мягкие, в носке удобные. Сын Аркадий от отца плотницкое дело перенял, любую плетёную утварь может сделать, а вот пимокатом не стал. Теперь уж не научится – Михаила не стало семь лет назад.
Галина Фёдоровна, сделав паузу в разговоре, сматывает очередной полученный отрезок серой нити на веретено. Затем откладывает прялку, приглашая: «Давайте попьём чаю». 
Алевтина Михайловна Кузнецова, гостеприимная хозяйка, подаёт к чаю домашнюю выпечку. Рассказывает, что после смерти отца дети убеждали маму переехать к кому-то из них, но она Большую Пижанку оставлять навсегда не хочет, согласилась лишь жить в Тимкине по зимам. А когда весной сходит снег, перебирается в свой дом, возделывает небольшой огород и даже «районку» на четыре месяца выписывает.
– У меня в Большой Пижанке кошечка есть, зимой она у соседей живёт, – говорит Галина Фёдоровна. – Весной же она словно чувствует, когда я появлюсь: к дому подхожу – она уже у двери сидит. Ждёт, когда я прибуду и свежей рыбки ей поймаю.
– Поймаете рыбки? – переспрашиваю.
– Да, я с детства очень люблю ходить на рыбалку. Первые удочки, как все деревенские дети, сама из длинных веток делала, а крючки – из проволоки, поплавки – из перьев. Теперь же снасти покупные.
Галина Фёдоровна уходит в другую комнату и возвращается через пару минут с тремя оборудованными телескопическими удочками.
– Это у меня снасти для рыбалки на Шуде и пруду в Борисёнках (на линьков, пескарей, головлей), а в Большой Пижанке удилища другие. Я – рыбачка летняя, зимой у лунки сидеть не стану. Люблю, чтобы было тепло, птицы пели. Так увлекаюсь ловлей, что не замечаю ни комаров, ни мошкары, забываю воспользоваться приготовленным кремом от насекомых. Что главное в рыбацком мастерстве? Быть терпеливой, не спешить с подсечкой, когда рыба клюнет! Уха из свежей речной рыбы получается намного ароматнее и наваристее, чем из перемороженной купленной морской.
– Алевтина Михайловна, а Вы от мамы страсть к рыбалке переняли? – интересуюсь.
– Нет, хотя во многом на неё похожа, например, в том, что постоянно себе занятие нахожу. Я долго (тридцать лет) работала дояркой: начинала в «Ошаевском», затем трудилась в «Земледельце». На подворье скот держу. Люблю деревенскую жизнь. А моё увлечение – техника: управляю мопедом, легко справляюсь с мотоблоком. Когда наступает грибная пора, дома усидеть не могу: корзинку в руки – и в лес, который совсем рядом, потому даже одной ходить по нему не страшно. Любимые грибы – грузди – солю по своему рецепту, с мятой.
Попробовала я те грузди – хороши! Белые, хрустящие, с пикантным вкусом.
И мать, и дочь приглашали меня ещё приехать к ним в гости: могут сводить меня на рыбалку, за грибами. А Галина Фёдоровна может и прядильному делу научить. Желание посидеть за прялкой у меня, честно говоря, не возникало с детской поры. А вот сбор грибов и рыбалка – это моё, поэтому возможности воспользоваться приглашением не исключаю. Ведь может получиться замечательный репортаж про день, проведённый в деревне с увлечёнными людьми.


У вас недостаточно прав для комментирования.